Костюм и украшения древне-русской женщины. ч.2

Автор: Л. Н. Кудь.

Дата: 2016-03-05

Продолжение.
Читать начало
Костюм и украшения древне-русской женщины.
Сборник Археологического Музея Высших Женских Курсов в Киеве.
Выпуск II-й. Под редакцией прив.доц. Е.В. Данилевича. Киев 1914 г.

— 20—

Стемма с течением времени преобразовалась в теремчатый венец1). Венец девичий «с городы»2), или диадема, надевался поверх распущенных волос. Женские диадемы, матерчатые, а часто и металлические из подвижных створок и киотцев, полагались над лбом, а потому иначе назывались очельем, или челом. Образцом металлических диадем может служить киевская золотая диадема3); она состоит из девяти створок, образующих снаружи легкую выпуклость, а внутри представляющих пустые лоточки. Для связывания створок нитями, на боковых краях лоточков сделаны отверстия. К каждой створке подвешено по три цепочки с мелким жемчугом и насаженными снизу эмалевыми бляшками или же золотым грушевидным подобием жемчужины. Подобные подвески назывались ряснами и служили для прикрытия лба, в чем выражалось требование приличия. Киотцы диадемы имеют наверху луковицеобразную арочку с насаженным на нее жемчугом. Венец отличается священным характером: на среднем киотце изображение Иисуса Христа, справа створка с изображежем Богородицы, слева—Иоанн Предтеча, по краям архангелы Гавриил и Михаил, далее на боковых створках помещаются апостолы Петр и Павел. Две боковые последние створки сделаны в виде суживающейся полосы, почему диадема и представляется в форме повязки. Все створки орнаментированы эмалью. Две крайние створки украшены декоративными сюжетами: кружочком с женскою головкой в короне и кружочком с пальметкою и четырьмя сегментами вокруг первого кружка. На центральной створке другой золотой диадемы изображен апофеоз Александра Великого, а остальные створки украшены декоративными сюжетами4).

1) Н. Кондаков, Изображение, стр. 38.

2) Н. Кондаков, Изображение, стр. 110.

3) Н. Кондаков, Изображение рус. княж. семьи, стр. 112; Н. Кондаков, Русские клады до-монгольского периода, стр. 145 и след.

4) Б. Ханенко, Древности Приднепровья, вып. V, таб. XXXIII, рис. 1104.

— 21—

Для того, чтобы диадема не делала царапин на коже острыми краями створок, она нашивалась вплотную на ленту или высокую кику. Суживающиеся концы диадемы приходились над ушами, а сзади к венцу пристегивалось головное покрывало. Эмалевый кружок на крайней суживающейся створке, с изображениями женской головки с распущенными волосами, в золотой одежде и в короне в виде кики, указывает на то, что диадема, в форме повязки или кики, служила головным убором исключительно девичьей головы1).

Обычным украшением уха являются серьги2), носимые издревле, сначала в виде простого колечка из круглой проволоки, затем, с течением времени, форма этой простой серьги усложняется: в сережное кольцо продеваются бусы, сначала одна или две и наконец три. Серьги с бусами3), так называемого киевского типа, состоят из толстого золотого проволочного кольца, один конец которого разбит в виде шарнира, а другой, расплющенный, имеет отверстие для проволоки, замыкавшей серьгу. На кольце серьги, в одинаковых промежутках, размещены три бусины, или пупырчатые, сплошь покрытые зернью (таб. III, рис. 1), или ажурные из филигранных нитей и украшенные золотыми шариками (таб. IV, рис. 6), или дутые, украшенные сканью в виде розеток (таб. III, рис. 2) городков, поясков и т. д. Бусы укреплялись на своем месте с помощью скани, навитой на проволоку. Замечательным типом русских золотых серег, характерных для велико-княжеского периода, являются серьги—колодочки4), составленные из двух выпуклых и спаянных щитков, украшенных эмалями и фигурными изображениями.

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 149.

2) Новгородская вторая и третья лет., под 1508 г.: „...а иных живых еще дышущих грабяху, а у жен мониста и серьги из ушей вынимаху и богатяхуся, и бысть тогда беда..."

3) Н. Кондаков, Русские клады стр. 127 и сл.; Киевский Город. Музей, .№14828, 15319, 13792 и др.; Б. Ханенко, Древности Приднепровья, вып. V, таб. XX V, рис. 921—930; таб. XXVII, рис. 977—8 и др.

4) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 196.

— 22 —

Широкая кайма на месте спайки снабжена скобочками, через которые продевалась проволока, унизанная жемчугом; под верхнею дужкою делалась в обоих щитках выемка с узкою щелью, имеющею очертание чечевицы; щель всегда оставалась открытою: внутрь серьги вкладывался кусок напитанного душистым маслом хлопка, имющего своим назначением душить волосы, так как серьга, не продеваясь в ухо, была носима возле него, у волос1). На щитке серьги-подвески, с лицевой стороны, имеются различные эмалевые изображения: сплетшихся хвостами грифонов2), двух птиц по сторонам дерева, лилии3), святых мучеников4), женской головки с распущенными волосами, с короной в форме кокошника и в золотом платье5), сиринов, райских птиц6). На щитке, с оборотной стороны, эмалевая орнаментация обыкновенно представляет: кружки с розеткою, лилии, городчатые крестики, сегменты и подобные фигурки7). Серебряные серьги-колты покрывались на щитке чернью8), а по месту спайки щитков серьга украшалась серебряными же шариками. Некоторые сережные подвески оканчивались ажурным ободом в виде решеточек из серебряной проволоки9). Серебряная серьга-колт часто имела также форму звезды10), при чем лучи этой звезды были усыпаны серебряной зернью, а концы лучей заканчивались серебряными шариками; щиток серьги украшался подобием розетки (таб. VII, рис. 5).

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 197.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 101, 142.

3) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 107, 113, 130.

4) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 110, 122.

5) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 113.

Н. Кондаков, Русские клады, стр. 117, 130 и др.

7) Н. Кондаков. Русские клады, стр. 131, 136 и др.

8) Киевский Город. Музей, Ли 13760.

9) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 114.

10) Киевский Город. Музей, № 13762.

—23 —

Сережные подвески, так называемого черниговского типа, имеют вокруг эмалевого щитка жемчужную обнизь; кайма серьги украшена сканью и зубчатым бордюром в виде лучей с золотыми шляпками на концах1). Серьги-подвески были настолько тяжелы и велики, что женщины не продевали их в уши, а носили в волосах, около уха.

В русском быту великокняжеского периода украшением шеи служили гривны в виде обруча, золотые, серебряные и бронзовые, кованные на несколько граней, литые и плетеные, украшенные сканью и наколом2). На шее женщины носили также цепи. Шейные цепи бывали двоякого характера: служебные и церемониальные. Церемониальные цепи состояли из золотых медальонов3). В некоторых цепях каждый медальон, или бляшка, состоял из двух пластинок, спаянных по краям широкою лентой или полосой. Каждая бляшка таким образом была дутою, потому что внутри оставалось пространство, ничем незаполненное4). Бляшки соединялись посредством подвижных шарниров, но в двух местах, т. е. на плечах, они соединялись золотыми цепочками, прикрепленными к маленькому колечку, продетому в шарнир следующей бляшки. Лицевая сторона цепи состояла из большого числа бляшек, задняя—из меньшего. Эмалевые рисунки медальонов представляют или птиц, или орнаментальные щитки. Птицы изображают сизых голубей, которые идут или справа налево, или обратно, смотря по тому на какой стороне груди находятся бляшки. Взгляды птиц обращены внутрь, по направлению к лицу, носящему цепь, потому что близость и взгляд птиц к человеку считались признаками здоровья и блогополучия5).

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 109.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 131, 133, 138; Н. Кондаков и Толстой, Русския древности, вып. V, стр. 151.

3) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 182 и след.

4) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 183.

5) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 183.

— 24 —

Орнаментальные бляшки украшены рисунками:в виде лилейной верхушки из веточек между акантовыми язычками; в виде розетки из язычков и сегментов с городчатым орнаментом; в виде четырех индийских пальм с акантовыми листьями и четырьмя сегментами в кругу. Бляшки между собою чередовались по рисунку: между медальонами с изображением птиц помещалась бляшка орнаментальная и наоборот. Собственно говоря, цепь служила для связывания орнаментальных бляшек или для подвешивания различных привесок1).

Гораздо проще были служебные золотые и серебряные цепочки, обыкновенно грубой и небрежной работы, с двумя наглавниками в виде трубочек. Они оканчиваются колечками, через которые продевается проволочное кольцо с бусой, служившей для разделения или прикрепления подвешенных на кольце предметов: крестов, медальонов, лунниц и т. д. Толстые и длинные цепи, спускавшияся с шеи на грудь и даже на бока, делались из проволоки, толстой или тонкой, и представляют сплетения колец, перегнутых на несколько граней. Иногда они делались в виде толстого шнура, плетеного из нескольких связанных цепочек2). Эти цепи тоже оканчиваются наглавниками в форме звериных узеньких голов с прижатыми ушами, узкими глазами и небольшим ртом с оттопыренной верхней губой; во рту сделаны отверстия для продевания толстой проволоки3).

Предметами, носимыми на цепях, были большие наперстные кресты, или тельники корсунские, называемые также энколпионами4). Энколпионы—складные кресты, литые из массивной бронзы и заключавшие внутри складня мощи и подобные священные предметы. Корсунские тельники украшены тончайшею резьбой и инкрустацией с изображениями различных религиозных сюжетов; некоторые тельники имют барельефное изображение Распятия.

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 177.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 178.

3) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 178.

4) Киевский Городской Музей, № 10214, 15.

— 25 —

Третий тип крестов украшен рельефными изображениями святых с черневою выкладкой. К четвертому типу относятся кресты, выполненные резьбой и наколом, а по резьбе—чернью, и украшенные тоже изображениями святых1).

К числу нагрудных церемониальных украшений относятся также медальоны, или гривны, иначе называемые бармами2). Бармы, или медальоны, сделаны в виде, слегка выпуклых с лицевой и совершенно плоских с обратной стороны, круглых щитков. Каждый щиток имеет с краю узенькую каемку, украшенную орнаментом и представляющую собою рамочку. в рамочке, украшенной жгутиками, помещены гнезда с камнями или розетки в виде чашечки с закрученными лепестками и с жемчужиной внутри; между камнями и розетками делались сканные разводы. Внутренний щиток окаймлен жемчужной нитью, которую удерживают скобочки. с лицевой стороны щиток украшен эмалевыми изображениями Иисуса Христа, Богородицы и Иоанна Предтечи или процветшими крестами с лилейным концом внизу и двумя аканфовыми побегами по сторонам, выполненными резьбой и наведенными чернью. В декоративных медальонах на щитке, вместо фигурных изображений, помещен драгоценный камень, вокруг которого идет жемчужная обнизь3). На верху бармицы приделано ушко в виде бусы - боченочка, движущейся на шарнире; в главной бармице, с изображежем Иисуса Христа,— бусина, граненая и усаженная мелкими жемчужинами в гнездах. Бармы всегда разделялись большими золотыми бусинами в виде боченочков, сделанными ажурною решеткою вокруг трубочки, находящейся посредине и служившей для нанизывания4). Некоторые бусины бочоночка посредине набраны зернью, а по краям обвиты сканными нитями.

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 180, 43.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 154 и след.

3) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 154.

4) Н. Кондаков. Русские клады, стр. 156.

— 26 —

К числу женских уборов великокняжеского периода относится монисто, или ожерелье1). Монисто состояло из бус и из различных привесок. Золотое или серебряное ожерелье, служившее также и головным убором, составлялось из подвесных рясен в виде лилии (таб. VII, рис. 1), называемых иначе кринами. Привески эти, будучи нанизаны на шнур, разделяются бусами в форме боченочков2). Другого рода монисто состоит из серебряных или золотых полуцилиндриков (таб. VII, рис. 2); каждый полуцилиндрик снабжен снизу подпайкою из металлического листика и орнаментирован чеканом в виде поперечных и продольных полосок. Каждый полуцилиндрик с обеих сторон имеет по три отверстия для нанизывания их на шнур. Крайние полуцилиндрики имеют скобочки, которые посредством колечка соединяются с цепочкой3). Третьего рода монисто состоит из серебряных цилиндриков, дутых; цилиндрики с обеих сторон оканчиваются маленькими розеточками и соединены между собою колечками4). Серебряные или золотые бусы, составляющие ожерелье, или монисто, крайне разнообразны как по форме, так и по величине.

1) Новгородская 2 и 3 лет., под 1508 г.: "а у жен мониста и серьги из ушей вынимаху...", и далее "...ищущих злата и серебра, еще же и живых огоревших грабящих мониста и круту (окруту) емлющих..." Ипатьевская лет., стр. 914, 1288 г.: "...все розда и блюда великая серебряная, и кубки золотые и серебряные, сам пред своима очима роби и полья в гривны и мониста великая золотая бабы своея..."

2) Киевский Городской Музей, вит. 55, № 6348; вит. 11, № 13898; Н. Кондаков. Русские клады, стр. 206.

3) Киевский Городской Музей, вит. 11, № 13884, 12302; Н. Кондаков, Русские клады, стр. 209, 122, 131.

4) Киевский Городской Музей, вит. 11, № 13895.

— 27 —

В состав мониста входят: бусы, круглые и гладкие, из листового серебра; бусы в виде цилиндрика, покрытого сплошною зернью; бусы в форме боченочка, покрытые сканными нитями или узорами из зерни; бусы, городчатые и с поясками; ажурные бусы в виде боченочка, покрытые сканными нитями1). На монистах носили различные привески, излюбленной формой которых была лунница2), или опущенный вниз рогами лунный серп (таб. V, рис. 1, 2), медальоны, бляшки.

Руки украшались браслетами, или запястьями, металлическими и стеклянными. Металлические браслеты сделаны из толстой золотой, серебряной или бронзовой проволоки, витой или плетеной в виде жгута, и обвиты сканной нитью (таб. VI, рис. 13); наглавники этих браслетов имеют вид плоской змеиной головы, орнаментированной и наведенной чернью3). Стеклянные браслеты были крученные и спаянные и сделаны из цветного стекла4). Другой тип браслетов состоит из двух широких металлических пластинок: серебряных, позолоченных по каймам и украшенных зернью или жгутиками по бордюрам. Створки браслетов двигаются помощью шарниров и украшены резьбою, чернью и наколом. Орнаментация пластинок представляет сиринов, повернувшихся друг к другу по сторонам пальметки, грифонов, василисков и подобные чудовища; в промежутках между фигурными изображениями, вырезаны символические узлы, решеточки и различные разводы. На некоторых пластинчатых браслетах напаяны позолоченные бляшки, играющие роль гнезда с камнями. Пластинчатые браслеты надевались поверх рукавов одежды, а потому называются также наручами5).

1) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 134.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 117.

3) Киевский Городской Музей, № 13684; Н. Кондаков, Русские клады, стр. 117, 137.

4) Киевский Городской Музей, № 15208; Н. Кондаков, Русские клады, стр. 134, 136.

5) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 111, 138, 140, 142.

— 28—

Пальцы на руках украшались золотыми и серебряными перстнями. Декоративные кольца с камнями представляют гладкое колечко с напаянным сверху гнездом; в гнезде находится круглый камень, чаще всего изумруд или гранат (таб. VII, рис. 3). Камень, в гладкой оправе, немного приподнят над гнездом1). Другой тип декоративного кольца имел высокое гнездо и плоский камень; гнездо украшено филигранью или зернью. Серебряные перстни имют щитки, украшенные крестами, монограммой, львами, грифонами и подобными чудовищами (таб. VII, рис. 4). Орнаментация выполнена чернью, резьбою и наколом. Перстни со щитками или печатками носят характер служебный. Редким типом кольца является перстень украшенный кораллом2).

В русском быту великокняжеского периода женская одежда и ее украшения, называемые иначе скрутою, или крутою, составляли часть приданного3). После смерти жены, мужъ должен был отдать ее одежду и украшения родственникам жены, не присягая в том, что он отдал все платье4). После смерти мужа жена, имеет право взять с собою свое платье и украшения, но если она требует, по заявлению свекора или деверя, того, что ей не принадлежит, то этим последним предоставляется принять присягу или требовать присягу от невестки5).

1) Киевский Городской Музей, №14381; Н. Кондаков. Русские клады, стр. 107, 115, 204.

2) Н. Кондаков, Русские клады, стр. 204.

3) Ипатьевская лет., стр. 82, под 1187 г.: „и да по неи многое множество, бещисла, злата и серебра, а сваты подари велики дары..."

4) Псковская судная грамота (Хрестоматия Владимирского-Буданова. в. I, стр. 154, стат. 90): "А оу кого, которого человека, помрет жена, а муж ея оженится, и жения мать, или сестра, или иное племя, а имуть искать платья; ино муж ея, право по души, платья отдасть, а на останки мужеви о женни платьи и целования нет".

5) Псковская судная грамота, стат. 91: "А оу кого помрет сын, а невестка останется да оучнет на свекри или на девери скруты своея искати или платья своего; ино свекору или деверю отдать платье или крута, а чем невестка клеплеть, ино свекору или деверю, или у креста невестка ноложит чим оучнет клепати".

— 29—

С течением времени, к XVI—XVII векам, русская одежда великокняжеского периода, заимствованная из Византии, подвергается некоторому изменению, сообразно вкусам и потребностям русских людей того периода. Черты быта допетровской эпохи не могли не сказаться на костюме древне-русских женщин,—их затворническая жизнь требовала и соответствовавшей одежды: рукава закрывают руки до самых кистей, высокий ворот скрывает шею, просторное, широкое платье скрадывает всю фигуру; волосы замужней женщины убирались до единого волоска особыми головными уборами. Несмотря на строгий покрой, одежда того времени роскошно и богато украшалась золотом, дрогоценными камнями, жемчугом и мехом. Главное богатство Древней Руси составляли меха: собольи, горностаевые, куньи и другие, поэтому особенною роскошью отличались зимние одежды—меховые шубы и шапки. Мех, как одно из главных украшений, употреблялся даже и на летние одежды. Мехов было так много, что цари платили ими жалованье и посылали их в дар иноземным правителям1). Во время своих сношений с Византией и Востоком, русские познакомились с дорогими тканями: паволокой2), парчей, бархатом, атласом, тафтой, из которых в царском, а также в богатом и знатном быту, шились одежды3). Русская одежда допетровского времени, одинаковая по покрою и у богатых, и у бедных, различалась только качеством материала: в простонародном быту одежда шилась из полотна, холста, вотолы, веретья и сукна, а вместо меха употреблялась овчина4).

1) Гр. Котошихин, История царствования Алексея Михайловича, стр. 127, гл. XIII: "....и дает жалованье 40 соболей..."; стр. 47, гл. IV: "..и посылают с посланники шубы собольи, куньи, бельи, покрыты золотом, да шубы же лисьи, песцовые..."

2) Лаврентиевская лет., стр. 79, под 955 г. (6463), Крещение Ольги: "...и дасть ей дары многи: злато и серебро, наволоки и сосуды различныя..."

3) Адам Олеарий, Опнсание путешествия в Московию. стр. 176, 206; Гр. Котошихин, История царств. Алексея Михайловича, гл. VI, стр. 59, 60.

4) Забелин, Домашний быт русских цариц. стр. 498; Рецензия А. И. Соболевского на труд Л. Нидерле. (Журн. Минист. Народ. Просвещ., 1914 г., август, стр. 158—9).

— ЗО —

Женскую одежду допетровской эпохи составляла нижняя сорочка из белого полотна; покрой ее состоял из прямых полотнищ, без клиньев в подоле, и с короткими рукавами. Воротник сорочки стягивался снурком и посредине на груди имел разрез1). Верхняя сорочка, играющая роль домашняго платья, имела такой же покрой как и нижняя, но полотнища у нее были шире и длиннее; рукава верхней сорочки отличались необыкновенной длиной и собирались во множество складок, которые едва укладывались от кисти руки до плеча и имели в длину 6, 8 и 10 локтей2), а если сорочка делалась из очень тонкой материи, например, из кисеи, то длина рукавов бывала больше 10 локтей. Сборчатые рукава не пропускали холода, а потому зимой не было необходимости надевать в рукава какую-либо другую одежду. Верхние сорочки шились из легких шелковых материй, преимущественно из цветной или полосатой тафты. Нарядные сорочки унизывались мелким жемчугом3), а рукава по запястью, до локтя, и по швам низались, на подобие бахромы, рясою, или ряскою. Иногда жемчуг на сорочке заменялся золотою или серебряною плетеною тесьмою. Рукава сорочки у плеч и у запястья украшались особенно богато,—в этих местах они вышивались цветными шелками, золотом, серебром, вышивались жемчугом с мелкими золотыми дробницами и различными бляшками. Рукава сорочек, надеваемых под другую одежду, украшались подобным образом только у запястий.

1) Забелин, Домашний быт русских цариц, стр. 513, 514.

2) Ад. Олеарий. Путешествие в Московию, стр. 176.

3) Гр. Котошихин, Ист. цар. Ал. М., гл. I, стр. 10: "...царица подносит мылные дары царю, и боярам, и всему свадебному чину: сорочки и порты тафтяные и полотняные, шиты золотом и серебром..." "...сорочки и порты, а бывают те сорочки и порты тафтяные и полотняные шиты золотом и серебром". Забелин, Быт русских цариц, стр. 514.

— 31—

Верхняя сорочка, носимая с поясом, служила платьем исключительно комнатным,—в таком костюме, и притом без пояса, нельзя было показываться посторонним людям, особенно же мужчинам, так как такой наряд считался крайне неприличным1).

В составе костюма русских женщин XVII ст., вероятно, простолюдинок, можно отметить «поневы». Они, повидимомому, были похожи на малорусские плахты2). Из одежд выходного характера, в богатом быту, самою употребительною была телогрея3). Телогрея представляла распашное платье, скроенное в длину до пят, с длинными до самого подола рукавами, имевшими под мышками проймы, в которые телогрея надевалась на сорочку. Рукава телогреи свисали, позади рук, до подола4) или перекидывались друг на друга и считались украшением женского выходного костюма. Телогреи шились из сукна, золотной или простой камки, вообще, из материй более тяжелых. Телогреи спереди до низу и по подолу окаймлялись золотыми и серебряными шнурами, шелковым кружевом5) или тесемками и кистями; полы телогреи застегивались серебряными и оловяными пуговицами, которых было от пятнадцати до семнадцати; эти пуговицы нашивались от ворота до подола телогреи5). Теплые телогреи подбивались мехом, горностаевым, собольим, лисьим или каким-либо другим.

1) Забелин, Домашний быт русских цариц, стр. 514.

2) В. Е. Данилевич, Роспись Борошню детей И. Н. Дзиньковского, Харьков, 1909 г., стр. 5—7.

3) Новгородская 2 и 3-ья лет., под 1679 г., стр. 477: "Сей государь, Феодор, перевел стародавнее Русское платье, охапни и протчее, и велел носить кафтаны служивым людем, а женам шубы и телогреи, треухи, а не шапки".

4) Адам Олеарий, Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. Перевод и примеч. Ловягина, стр. 176; Альбом Мейерберга. Виды и бытовые картины России XIII в. Рисунки дрезденского альбома, воспроизведенные с подлинника. С.-Пет. 1903, лист 40, рис. 78, № 2, 6; лист 41, рис. 79, 2, 5, 4.

5) Рецензия А. И. Соболевского на труд Л. Нидерле (Журнал Мин. Народ. Просвещ., 1914 г., август, стр. 360).

6) Ад. Олеарий, Описание пут. в Московию, стр. 176; Забелин, Быт русских цариц, стр. 516.

— 32 —

Мех не доходил до самых полок, так как на полах оставлялись подполки из той же материй, какою покрывался верх. На белый мех телогреи нередко пришивались лапки и хвостики черного цвета. Холодные, или летние, телогреи имели тафтяную подкладку, а по подолу—атласную или камчатую подпушку с тою целью, чтобы сохранить подол телогреи; подпушка всегда резко отличалась от подкладки, так как была другого цвета1).

К верхним одеждам относится шубка накладная2), покрой ее был таков же, как и сорочки. Шубка не имела разреза на полы, а надевалась через голову, почему и называлась накладною. Как и телогрея, шубка кроилась до пят, с высоким прямым воротом и небольшим разрезом на груди для надевания. Шубка застегивалась пуговицею с петлею, рукава ее спадали до пола и имели под мышками проймы, в которые продевались руки, одетые в рукава сорочки. Шубка шилась из шелка, золотного бархата3), атласа, объяри и тому подобных тяжелых тканей. Для парадных выходных шубок употреблялись ткани золотные, а домашние шубки шились из цветного сукна с тафтяною подпушкою по подолу. Накладные шубки иначе назывались столовыми, потому что в них обыкновенно выходили к столу. Накладные шубки носились без всяких уборов, и только на парадных было накладное ожерелье, состоящее из круглого широкого воротника, или пелерины, из бобрового меха4). Царица и царевны носили шубки роспашные, с рукавами по кисть, при этом не особенно широкими; по запястью рукавов, по полам и по подолу шубка украшалась широким кружевом, часто с аламами, или круглыми, из золоченого серебра бляшками, или жемчугом.

1) 3абелин, Быт русских цариц, стр. 517.

2) Новгородская 2 и 3-ья лет., под 1079 г., стр. 477: "...а женам шубы и телогрее..." Забелин, стр. 517. Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. Рисунки дрезденского альбома, воспроизведенные с подлинника. С.-Пет. 1903 г., лист 40, рис. 78, № 1, 4; лист 41, рис. 79, № 1.

3) Гр. Котошихин, О России в царст. Ал. М., гл. IV, стр. 44: "даются шубы собольи, покрыты золотным бархатом или атласом".

4) Забелин, Быт русских цариц, стр. 518. Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. Рисунки дрезденск. альб., воспроизвед., с подлинника. С.-Петр. 1903 г., лист 40, рис. 78, № 1, 4, 8; лист 41. рис. 79, № 1, 3; лист 42, рис. 81.

— 33 —

На полах пришивались серебряные пуговицы, от тринадцати до пятнадцати. Принадлежностью царской шубки было круглое широкое ожерелье, или пелерина, из той же материи; ожерелье богато1) украшено кружевом с аламами и густо обсажено крупным жемчугом. Царская шубка шилась из дорогой тяжелой ткани, богато украшалась и получала значение царского платна, порфиры2).

К числу накладных одежд принадлежал летник, который надевался с головы и имел только небольшой разрез на груди, так как не кроился на полы3). Летник имел особые рукава, называемые накапками. Рукава, или накапки, летника были длиннее подола на четверть аршина и у запястья немного уже, чем у плеч. Накапки сшивались только до половины, остальная часть не сшивалась и украшалась вошвами. В плечах летник был шире других летних одежд; вообще, это была одежда просторная и прохладная. Летник кроился на перед, стан, крыльца, клинья передние и задние, ворот и подольник. Иногда перед и накапки кроились из одной материи, богатой и узорчатой, а стан и клинья из другой, подходящей по цвету и узору; гладкая материя вышивалась золотом или шелками. Подол летника был обыкновенно наставлен вершка на два атласом или какою-либо блестящею тканью и назывался подольником, который резко отличался своим цветом от всего платья, так как делался из ткани, цветом различной от летника.

1) А. Олеарий, Описание пут. в Московию, стр. 213. 244. Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. С.-Пет. 1903 г., лист 24, рис.60, в первом ряду № 2; лист 40. рис. 78. № 1; лист 42, рис. 81.

2) Забелин, Быт русских цариц. стр. 519.

3) Забелин. Быть русских цариц, стр. 520. Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в., л. 40. рис. 78. № 7, 8; л. 41, рис. 79, № 3.

— 34 —

Для летника употреблялись шелковые ткани—атлас, тафта, дороги и полосатые золотные ткани. На подкладку для летника употреблялась легкая тафта. Особым украшением летника служили вошвы1), или вставки из дорогих и тяжелых материй: из парчи, бархата или гладкого атласа, богато вышитого золотом и шелком и унизанного жемчугом и драгоценными каменьями, нередко металлическими дробницами. Вошвы кроились косынями, длиною аршина в полтора; нижний конец их закруглялся и сходил на нет. Они пришивались таким образом, что широкий конец приходился к передней части рукава, а острый ниспадал к подолу. Вошва была самым видным и роскошным украшением летника. Вошвы подклеивались с подкладки, чтобы не измяться. Для того, чтобы вошвы всегда оставались открытыми и не волочились по земле вместе с накапками, необходимо было держать руки прижатыми к груди, что вполне согласовалось с требованиями приличия допетровской эпохи. Летник украшался на груди у ворота небольшими косынями, называвшимися передцами1). Иногда передцами украшались и вошвы. Зимою и вообще в холодное время летник по вороту, по подолу, по краям вошв опушался бобровым пухом в виде узенькой меховой ленты, и, кроме того, поверх летника зимою надевали бобровое ожерелье, а летом носили опашницу, иначе называемую приволокой, или подволокой3), которая представляла короткую мантию из дорогой золотной материи; на опашнице золотым шитьем изображались орлы, олени, павы и т. д. Иногда опашница украшалась передцами из дорогой ткани, вышитой золотом и серебром.

1) Забелин, Быт русских цариц, стр. 520. Альбом Мейерберга. Виды и бытовые картины России XVII в. Рисунки дрезденского альбома, воспроизведенные с подлинника. С.-Пет. 1903 г., л. 24, рис. 60, в первом ряду № 2.

2) Забелин, Быт русских цариц, стр. 521.

3) Забелин, Быт русских цариц, стр. 523.

— 35—

Одежда, имеющая покрой летника и разрезанная на полы, называлась распашницею1), или опашницею. Она шилась из легких тканей, шелковых и золотных, из камки, тафты и атласа белого или алого цвета. На подкладку распашницы употреблялись тафта или дороги. Распашница обшивалась, вместо подольника, по подолу дорогим кружевом, которым украшались также полы и ворот. Кроме кружев, украшением распашницы служили и дорогие пуговицы, пришивавшиеся только в верхней части пол, возле ворота. На рукавах пришивались богатые вошвы.

Верхнее платье, распашное и носимое летом, называлось опашень, или охабень1). Это—просторная одежда, кроившаяся, как и другая, с прямым станом (таб. IX, рис. 1) и с клиньями по бокам; скошенный ворот опашня служил как-бы продолжением пол. Опашень шился из добротной материи, часто из сукна; к вороту этого платья пришивалось ожерелье, или воротник, из другой материи, более дорогой, чаще всего парчевой. Ожерелье было неширокое, вершка в полтора, и, закругляясь вокруг шеи, спускалось по груди с обеих сторон. Рукава опашня были полные и спускались до подола, который, также как и полы, обшивался золотным и жемчужным кружевом, иногда в два ряда, причем в одном ряду кружево ставилось широкое, а в другом — узкое. На суконных опашнях кружева заменялись строкой, крупной или мелкой, а иногда и той и другой вместе. Строки низались жемчугом в рясную или в одно зерно.

1) Забелин, Быт русских цариц. стр. 524.

2) Новгородская лет. 2 и 3 стр. 477, под 1679 г.;Viel vermehrte Moscowitische und Persianische Reisebeschreibung wie auch Mandeslo und Anderssen nebenst andern von Adam Olearius ausgegebenen Schrifften. Von Neuem auffgelegt. Anno 1696, рис. на стр. 92; Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. Рис. дрезденск. ааьб. воспроизвед, с подлинника. С.-Пет. 1903 г., л. 24, рис. 59, в верхнем ряду № 1, 2; Забелин, Быт русских цариц, стр. 529.

—36 —

На полах пришивались золотные или жемчужные петли и серебряные пуговицы, украшенные финифтью и драгоценными камнями; круглые пуговицы бывали величиною с орех, а половинчатые — назывались по своей величине чашками. Число пуговиц зависело от их величины, а также от роста; они пришивались в числе от пяти до пятнадцати. Опашень имел подкладку из тафты и опушку по полам из атласа; суконный же опашень имел только подпушку. Опашень, подбитый собольим или горностаевым мехом, носил название шубы1). На шубе ставился воротник бобровый, или ожерелье. На полах шубы пришивались большие пуговицы с петлями и нашивкою, украшенной кистями с золотыми и жемчужными ворворками. вВ XVII столетии шубы носились только детьми, так как взрослые девушки носили телогреи и в шубах не имели нужды. В простом быту женская шубейка, представляющая собою короткую накидку, была без меха; а так называемая шубка, в виде высокой юбки, делалась из легкой ткани2). Женские шубы на меху не отличались от мужских.

К числу женских зимних одежд относится кортель3). Это была одежда меховая: соболья, кунья, горностайная,—нагольная или покрытая тафтою, камкою и легкою шелковою тканью. Кортель, по покрою, был тот же летник, но зимний; он также украшался вошвами, подольником и опушкой из широкого бобрового пуха. Зимняя одежда, подобная кортелю, но с отворотным или стоячим воротником, называлась торлопом4). Торлоп покрывался тафтою, а с исподу подбивался мехом, украшался вошвами на широких рукавах и подольником. Поверх летников и шубок на плечи надевался бобровый воротник, или ожерелье, кроившееся из пушистого меха, выкрашенного в черный цвет.

1) Забелин, Быт русских цариц, стр. 526: Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. рис. дрезден. альб., воспроизвед. с подлинника. С.-Пет. 1903 г., л. 24, рис. 60, в первом ряду 3 и во втором № 1.

2) Рецензия А. И. Соболевского на труд Л. Нидерле (Жур. Минист. Народн. Просв., август 1914 г., стр. 355, 356).

3) Забелин, Домашний быт русских цариц, стр. 527.

4) Забелин, Быт русских цариц, стр. 527.

— 37—

Ожерелье было накладное, оно не имело разреза на полы и было скроено цельным круглым воротником с отверстием по средине для продевания через голову; спереди делался на воротнике маленький разрез, чтобы удобнее было его надевать; разрез с исподу застегивался пуговицами1). Некоторые ожерелья имели разрез на полы и назывались наметными.

В царском быту женщины зимою прятали руки в рукав, или муфту2). Рукав шился из бархата или атласа и разных золотных материй, опушался собольими хвостами и иногда украшался золотным кружевом, жемчугом и камнями; внутри рукав также подбивался соболем. В длину рукав имел не более полуаршина. Так как рукав защищал руки от холода, то в рукавках перщатых, или рукавицах3), не было нужды, и в царском быту они почти не употреблялись. В простом же быту рукавицы, или рукавки перщатые, употреблялись по мере надобности.

В торжественных случаях, при выходе в церковь или к гостям, царицы, царевны и все придворные женщины несли в руках ширинку4). Ширинка представляла носовой платок, сделанный из тонкой богатой ткани, чаще всего из белой тафты и кисеи. Ширинка роскошно вышивалась золотом, серебром, шелками, низалась жемчугом и украшалась по коймам золотыми кистями.

1) Забелин, Быт русских цариц, стр. 529.

2) Забелин, Быт русских цариц, стр. 529.

3) Забелин, Быт русских цариц, стр. 530.

4) Олеарий, Описание пут. в Московию, стр. 206; Гр. Котошихин, О России, стр. 8, гл. I: "а бывают те дары ширинки тафтяные белые, шиты кругом золотом и серебром, около кисти золото с серебром, а иные золото и серебро с шелком", и далее стр. 125, 126; Альбом Мейерберга, Виды и бытовые картины России XVII в. Рис. дрезд. альб. воспроизвед. с подл. С.-Пет. 1903 г., л. 40, рис. 78, № 1, 4, 6; лист 41 рис. 79, № 1, 3, 4, 5.

Читать далее Костюм и украшения древне-русской женщины.

Просмотров: 810

Прическа

Одежда

Аксессуары

Ювелирные украшения

Стиль жизни

Костюм и украшения древне-русской женщины. ч. 4

Костюм и украшения древне-русской женщины. ч. 3

Костюм и украшения древне-русской женщины. ч.2

Костюм и украшения древне-русской женщины. ч. 1

Дары волхвов. О. Генри